До свиданья, время…

Твою струну едва задев неразличимым беглым взглядом,
И я уже не то чтоб рядом, а я и есть тот самый нерв.

И тонкой лаской родника я проникаю в эти руки,
Ах если б знать, какие муки мне принесёт твоя река.

И мы взлетаем, мы парим, не разбирая под ногами,
И мир увенчанный рогами, ах, он не нов — ваш новый Рим.

И мы, плескаясь в облаках, уже не чувствуем тревоги,
Мы так спокойны, будто боги согрели нас в своих руках.

И вязкой краской на висок уже стекает наша радость,
И я уже не то, чтоб рядом, а я есть тот ручеёк.

В твоём окне звучит «Дюран-Дюран»,
Твоя маман поёт шарман-шарман.
А ты ждёшь меня, я не допил ещё портвейн,
Моя любимая, в моих глазах ещё так мало звёзд.

Ей, ей, дудам, дудам…
Ей, ей, дудам, дудам…

В твоих руках уснул не мой кот,
Я вижу где-то в нём мою роль,
Мур, мон амур, не хватит струн мне спеть о ней,
Так пой, трубадур, в твоих глазах уже довольно звёзд.

Ей, ей, дудам, дудам…
Ей, ей, дудам, дудам…

В твоём окне звучит «Дюран-Дюран»…

Ты не достроил на песке безумно дивный, чудный город,
Я спешил к тебе, но он, увы, тебе уже не был дорог.
Ты забыл бы постепенно обо мне,
Но я достроил всё же твой безумно дивный, чудный город.

Ты пошёл войной на мой безумно дивный, мудрый город,
Ты сравнял с песком мой безупречно дивный, чудный город.
Ты забудешь постепенно обо мне,
А я построю снова мой безумно дивный, мудрый город.

Ты с головой ушёл в войну, твои глаза сжигает порох,
А я открыл окно, быть может ты услышишь звуки хора
И забудешь постепенно о войне,
И миллионами огней тебя прельстит мой чудный город.

Ты не достроил на песке безумно дивный, чудный город…

Вспомнив о вечном, наигравшись с огнём,
С первым же встречным ты забудешь о нём,
И вспоминая хотя бы во сне,
Ты вернёшься ко мне, ты вернёшься ко мне.

Нежная песня прольётся на снег
Нежное сердце стучится ко мне,
И забываясь хотя бы во сне,
Ты вернёшься ко мне, ты вернёшься ко мне.

И замерзая под небом зимы
Ты вспоминаешь, как счастливы мы,
И по весне на опушке лесной
Ты танцуешь со мной, ты танцуешь во сне.

Сам не свой, рисуя светом
Знаки неба, светлячок
Лунный ток облёк ответом,
Ты сказал мне не о том, дурачок.
Научи лучше возвратится в дом
Не жалея ни о чём.

Сам не свой, пьянённый ветром,
Распростуженый сверчок
Рвёт смычок безмерным метром,
Ты поёшь, мой дурачок, не о том.
Научи меня не возвратиться беглым
В мой любимый милый дом.

И я вернусь, когда под небом
Засверкают снегири.
Посмотри, хлопушки снега
Поджигают фонари. Посмотри…
Научи меня не становиться трезвым
В свете утренней зари.

Ты, как прежде, хороша
Ты алмазная душа
Я тебя не покидаю,
От тебя возможно лишь бежать

Ты, как прежде, холодна
Ты алмазная луна
Я тебя не укоряю,
Этот мир, как видно, не про нас

Ой, не пой цыган мне песен,
Я последнюю мечту
Расплескал. Твой мир мне тесен,
Я уйду.

Если ночь тебя расспросит,
Где ж твой друг всегда хмельной?
Я побрёл с подругой осенью
Домой.

Ой, цыган, в ней мало проку,
Спрячь долой тугую плеть,
Той цыганке ой не долго
Умереть.

Ой, не пой цыган мне песен,
Я последнюю мечту
Расплескал. Твой мир мне тесен,
Я уйду.

Над головой луна молодая светится красотой,
Я прошу тебя, не спорь с ней, недостойной.
Там в вышине слоняются звёзды, но нам что до них с тобой,
Здесь земля и есть здесь лишь моя любовь,

Я буду петь о ней

Нежные пальцы больше расскажут тысячи сонных лун,
Я прошу тебя, не тронь неверных струн.
Годы сгорая нам не оставят даже печальных снов,
Нам нельзя сказать сейчас неверных слов.

Стонет стоном бродяга ветер,
Клонит кроны моим лесам,
Ты не видишь, как на твоих глазах
Я взбираюсь в небеса.

Ты не держишь, и не уронишь
Без надежды спасти меня,
Ты не видишь, как на твоих ладонях
Я сгораю, таю я.

Ой, не вой по трубам ветер,
Не рыдайте моя родня,
Ай не надо, не поминай меня,
Ах, как много понял я.

Сердце всё пело, да вдруг заболело,
Милую сердце забыть не сумело.
А следом за болью мне к изголовью
Мысли слетались, не дали покою.

Ой, вы летите, ой, не грустите,
Землю сыру подо мной не вертите,
С счастьем и болью рядом со мною
Вы мне оставьте сердце больное.

Ты в небесах, ты всё время плачешь.
Твои слёзы вскользь по моим щекам мне в сердце,
И я уже не значу ни в этом мире, ни там,
Ах, мне бы согреться.

Я угасаю, если льёт дождь.
Я умоляю, не плачь, я сделаю этот наш мир другой.
Но ты лишь облако, ты льёшь мою боль,
Постой, не стоит, я не знаю законов неба,
Ах, мне бы, мне бы с тобой.

На моём уютном столике
Танцуют рожицы смешные польки.
Эти рожицы росточком с гномиков,
Но эти гномики — такие комики.
И я запоминаю музыку,
Мне тоже хочется быть малюсеньким,
Чтобы хватило места в столике
Моей малюсенькой мечте.

За окном звенят трамваи,
Они железные, они пугают нас,
Только рожицы, они плевали,
Они не ваши, им не до вас.
На моём уютном столике
Танцуют рожицы смешные польки,
Эти рожицы росточком с гномиков
В моей малюсенькой мечте.

Рано утром на крылечко вышла Нюта в подвенечном,
Соловья едва заслышав, ой просить, чтоб пел потише

Ой, соловушка, не смейся, нынче мне да не до песен,
Нынче Ванечка-Ванютка ой, уходит на войну-тко

Лари, лари-ринау
Лари, ладу-ладу-дари-дау

Целовались, миловались, ой да не нарасставались,
Ой, любились целу ночку, только мне б ещё глоточек

Дай Ванюше хоть немножко выспаться в моих ладошках,
Как помяну — сердце стынет, как в войне Ванюта сгинет

Лари, лари-ринау
Лари, ладу-ладу-дари-дай

Ой, соловушка, нет силы думать, вдруг Ванюта милый
Сердце ранит на чужбине, да ко мне душой остынет,
Под моим да под сердечком не останется младенчик

Лари, лари-ринау
Лари, ладу-ладу-дари-дау

Рано утром на крылечко вышла Нюта в подвенечном,
Соловья едва заслышав, ой просить, чтоб пел потише

У реки, у воды опускалась звезда,
Разукутана в бежево-розовый флёр.
Я бездарный актёр, я влюбился, о горе,
За спиной ни крыла, под ногами вода.

И взрываясь слезами, я не верил, что нить
Нас способна держать, нас способна хранить.
Я срывался, и в небе шептал мне Ли Бо:
«Это только любовь, это только любовь»

У воды, у реки распускалась заря,
Отражаясь в глазах побледневшей звезды.
Ты ослепла не зря, о, ты не остынь
От холодной воды бесконечных пустынь.

Если хочешь, сгорай, если можешь, лети,
На тяжёлой земле мне останется тень,
Но, сгорая, прости мне мой трепетный стих
Бесконечной любви к бессердечной звезде.

Твои глаза нацелены вверх,
Ты в слезах всегда, но это только вера,
Она не путь к возвышенным богам,
Ты станешь легче, когда опустишься к ногам.

И эта боль — она твоя тень,
Она так мнёт и бьёт, что день уже не день,
Ты притерпись, это наша доля,
Ты станешь легче, когда полюбишь эту боль.

Ты влюблена, он тоже влюблён,
Всё в унисон, но это ли не сон?
Всё началось, всё кончится в земном,
Мир станет явью, когда уснёт таким же сном.

Вверх да по лестнице, так безмятежно
Плещется небо, да нам не летать.
Знаешь ли, милая, жизнь неизбежна,
Хватит мечтать, знаешь, хватит мечтать.

Вниз под алтарь закатилось колечко,
Милость-не милость, да нам не достать.
Знаешь ли, милая, ты не любила,
Хватит мечтать, знаешь, хватит мечтать.

Ты уже не спишь,
Ты готов идти со мною,
Боже, услышь

Нам не приснится жёлтое море,
Мы розовой птицей от счастья ли, с горя да в вешние волны,
Мир он такой полный, ворвётся к нам в тело.
Какое им дело, какое им дело, что мысли такие несносные
Мы уже вышли из этого вечного поста и нищие, но чуточку личные
Мы маленькой птичкой дотянем до нашей земли.

Ты уже не спишь,
Ты уже сроднился с небом,
Спи мой малыш

Я задыхаюсь, брошенный в небе, достигну предела,
Где мне укажут, какое мне дело до ваших раскрашенных бубен,
Какое мне дело, что скажет, спляшет, и снова закажет новая публика,
Я маленькой птичкой дотяну до священной земли.

Там где небо сеет звёзды,
Там побеги дивным ростом,
И я пророс бы, да всё непросто.
Там, где пахнет тёплым ветром,
Там моим мечтам заветным
Казалось быть, да не на этом.

И всё казалось вышло,
И все казалось слышат,
И я как будто выжил,
Да что ж так грустно, слышишь?

Там, где смертью правят дети,
Ах, я отдал бы всё на свете,
За моих, ты знаешь их.
Там где небо сеет звёзды,
Там побеги дивным ростом,
И я пророс бы, да всё непросто.

И всё казалось вышло,
И все казалось слышат,
И я как будто выжил,
Да что ж так грустно, слышишь?

Он обещал страшную смерть,
Он говорил: тебя не возьмёт земная твердь,
А я забыл, а я не верил,
Ведь я совсем с другой луны
Да, да, да, да

Он начертил магический круг,
Он говорил про тяжесть моих надбровных дуг,
А я уйду, да я и не был,
Ведь я совсем с другой луны
Я в фаворе у неба

Он говорил о вечном огне,
Он говорил о том что мои грехи видней,
А я забыл, а я не верил,
Ведь я совсем с другой луны
Да, да, да, да

Он говорил о чём-то ещё,
Он говорил о том что предъявит чей-то счёт,
Да я забыл, да я и не был,
Ведь я совсем с другой луны,
Я в фаворе у неба

Рано ли, поздно, упали на палубу звёзды,
Падали звёзды лучами на северный остров,
Я чувствую, что-то не так. Я чувствую, что-то не так.
В твоих глазах — твоя беда.

На берегу, на берегу твоей земли
Кто-то грустный ждёт мои корабли.

Рано ли, поздно, мы встали на каменный остров,
С криками грозными взяли у острова остов,
Я чувствую, что-то не так. Я чувствую, что-то не так.
В моих руках — моя беда.

На берегу, на берегу моей земли
Кто-то грустный жжёт мои корабли.

Пусть защемит мне сердечко,
Его песней только тронь,
Лёд в глазах, а в небе свечка,
Отогрей мне душу, ласковый огонь.

А вокруг белым бело и снегу намело,
Лишь у меня за пазухой всё равно тепло.

Свет морозным звоном бьётся,
Песнь искрится на устах,
Вот на дикий крик сорвётся,
Дрогнет зверь в седых измученных лесах.

А вокруг белым бело и снегу намело,
Лишь у меня за пазухой всё равно тепло.

Песни той метёт пороша,
Я бесцельно еду вдаль,
И не сказать чтоб я хороший,
Но мне себя ни чуточки не жаль.

А вокруг белым бело и снегу намело,
Лишь у меня за пазухой всё равно тепло.

А вокруг белым бело и снегу намело…

Праздник кончится, праздник пройдёт,
Что-то сбивает нас влёт, но никто не умрёт,
Никто не умрёт.
Если ты знаешь, что нам несёт,
Если известно вперёд, что никто не умрёт —
Счастливый полёт.

Я буду молиться за тебя. Я буду молиться за тебя.
Чёрные ветви ставят сети, но я за тебя.

Бледные губы — примета зимы.
Нервные руки — примета что кто-то умрёт,
Но может не мы.
Если действительно знаешь вперёд,
Если действительно веришь, что никто не умрёт,
Счастливый полёт.

Я буду молиться за тебя. Я буду молиться за тебя.
Чёрные ветви ставят сети, но я за тебя.

Праздник кончится, праздник пройдёт,
Что-то сбивает нас влёт но никто не умрёт,
Никто не умрёт.
Если ты знаешь, что нам несёт,
Если известно вперёд, что никто не умрёт —
Счастливый полёт.

Я буду молиться за тебя. Я буду молиться за тебя.
Чёрные ветви ставят сети, но я за тебя.

Если ты — вода,
Если я — огонь,
Если нам с тобой на ладонь,
Ой, беда!

Если ты — огонь,
Если я — вода,
Если нам с тобой в облака,
Пока!

Если ты — вода,
Если я — огонь,
Если нам с тобой на ладонь,
Ой, беда!

Если ты — огонь,
Если я — вода,
Если нам с тобой в облака,
Пока!